Я включаю The OOZ и с первых минут замечаю его редкое свойство: даже самые цепкие песни не исчерпывают альбом. Открывающий Biscuit Town задаёт тон, Dum Surfer легко запоминается сам по себе — но внутри девятнадцати треков его нервная поступь оказывается лишь одним из состояний большого неуютного вечера. Арчи Маршалл постоянно меняет дистанцию: то голос почти касается лица, то уходит куда-то за инструменты, то прячется в тумане титульного The Ooz.
Запись вышла 13 октября 2017 года на XL Recordings; в кредитах указана лицензия True Panther Sounds. Гитары, джазовая пластика и постпанковый нажим тут не разведены по отдельным комнатам. По-моему, King Krule интереснее всего там, где песня ещё держится на узнаваемом рисунке, а звук вокруг уже начал его размывать. Хриплый баритон Маршалла и удерживает эту шаткую постройку от падения.
Песни и промежутки
Я бы начал с Biscuit Town, Dum Surfer и Czech One — три разных способа нагнетать напряжение: первый вводит в альбом через ритм и голос, второй собирает энергию в кулак, третий показывает хрупкую сторону Маршалла. Между большими вещами расставлены парные миниатюры Bermondsey Bosom (Left) и (Right) — чуть больше двух минут на двоих; это передышка со сменой точки наблюдения, и, мне кажется, именно на них альбом дышит.
У такой формы есть цена: музыки тут больше часа, и отдельные переходы нарочно оставлены без очевидной опоры. Честно скажу: с первого захода я в этих переходах пару раз терялся. Но именно поэтому The OOZ и стоит возвращать в проигрыватель целиком: удовольствие здесь в том, чтобы заблудиться между знакомыми песнями и выйти из них в другой точке, чем входил. Финальная La Lune возвращает голосу почти балладную ясность — после всего тумана перед этим звучит неожиданно прямо.
Дальше по вкусу: A New Place 2 Drown — тот же автор переносит внимание на биты, монтаж и домашнее пространство. А Mount Kimbie показывают, как его голос меняется внутри чужой электроники.